28 марта глава немецкого оборонного концерна Rheinmetall Армин Паппергер неожиданно высказался об украинских производителях оружия, сравнив их с «домохозяйками с 3D-принтерами». «Это как играть в Lego. В чем инновация Украины? У них нет какого-либо технологического прорыва. Они создают инновации со своими маленькими дронами и говорят: «Вау!». И это чудесно. Но это не технологии Lockheed Martin, General Dynamics или Rheinmetall», — говорил накануне Паппергер.
Мы, конечно, не будем спорить с уважаемым главой Rheinmetall об оценке уровня инновационности технологий, а тем более (и не дай бог) не пытаемся сравнить с игрой в Lego действия отдельных европейских чиновников, до сих пор не определившихся, хотят они победы Украины или дружбы с РФ. Но очевидно, что когда меняется парадигма на современном поле боя, то даже новейшие технологии могут быть (при всем уважении к немецкому технологизму и лично к Армину Паппергеру) просто недостаточно релевантными «здесь и сейчас». Поэтому, пардон, и известным лидерам могут угрожать потеря спроса и снижение стоимости компании (кстати, вы давно были на сайте «Дойче Борзе»?). И, возможно, Rheinmetall просто оказался не готов к изменению собственно рыночной парадигмы? Той, при которой спрос растет на то, что выпускает именно условный 3D-принтер, что бы там ни имел в виду Паппергер с его «правильными» инновациями.
На самом деле проблема, которую якобы мимоходом, но неосторожно затронул глава Rheinmetall, намного глубже, чем кажется. И обидеться — это дело, конечно, важное (как без этого), но второстепенное в этой истории.
Потому что воспринимать скандальное заявление руководителя Rheinmetall нужно не как обиду, а как возможное (подчеркнем эту вероятность), но противозаконное посягательство на рыночное ценообразование на рынке акций в среднесрочной перспективе. То есть как попытку манипулировать рынком и нарушать Регламент 596. В целом как искажение рыночной ситуации. В ЕС это делать нельзя.
Проблема в том, что за последнее время капитализация компании Rheinmetall постоянно уменьшается на всех площадках (на этом месте мы тоже ответим г-ну Паппергеру: «Вау!»).
Каких-либо вменяемых тенденций по изменению положения просто сейчас не наблюдается. Прогнозы неоднозначны. Например, если вы долгосрочный инвестор, то волноваться вроде бы еще не время, хотя кто знает. А вот если пришли заработать денег «здесь и сейчас», то, пардон, цена падает — будете нести убытки. Волатильность, знаете ли.
Безусловно, мы далеки от того, чтобы давать инвестиционные рекомендации (упаси, боже), — каждый должен принимать инвестиционные решения на основе собственного анализа. Факты же никуда не денешь, они вещь упрямая. Если с началом войны акции Rheinmetall просто взлетели до небес, увеличиваясь вдвое, втрое, то это было только начало. Потом еще выше — в двадцать раз. (Справка исключительно для тех, кто интересуется: по состоянию на 24.02.2022 года та же акция стоила 100,05 евро.) И это сложно было бы объяснить иначе, чем как фактором увеличения оборонных заказов. В последнее время цена на акцию постоянно снижается: от рекордно высокой в октябре 2025 года в 2008 евро до 1345 евро на момент эмоционального заявления Паппергера, то есть снизилась почти на треть. Потом прибавила до 1379,50 евро, а теперь понемногу растет и сейчас уже 1385,5 евро.
Проблема с волатильностью у акций Rheinmetall есть, это факт. Для того чтобы цена на акцию росла, а компания капитализировалась (это можно предположить на фоне увеличения ожиданий на заказ продукции), необходимы не только ожидания, но и непосредственно заказ. В целом много благоприятных рыночных факторов. А здесь украинцы чем дальше, тем больше овладевают тем самым условным (или не условным) «3D-принтером». Мы даже слышали, что страны Ближнего Востока активно интересуются продукцией украинских производителей.
Если так пойдет и дальше, то, действительно, танки Rheinmetall могут не успеть на перехват иранских ракет, потому что их еще раньше обезвредят украинские (недостаточно инновационные, по мнению Паппергера) дроны (здесь еще одно драматическое «Вау!» в ответ главе концерна).
Но такими ли манипулятивными заявлениями уважаемому главе Rheinmetall надо возвращать рыночные позиции?
Наиболее вероятно, что после высказывания Паппергера ему позвонил юридический советник компании и настойчиво посоветовал немедленно опровергнуть все сказанное, пока не поздно.
Но также не поздно и целесообразно провести расследование возможного незаконного манипулятивного влияния на рынки. Сделать это может и, по нашему мнению, должен финансовый регулятор Германии BaFin.
Так будет справедливо. Нужны не эмоции в ответ, а юридические действия и заключения. Даже если BaFin их не обнародует. А анализировать здесь можно все. Например, можно спросить у Паппергера, почему интервью он решил дать именно сейчас, когда цена акции и капитализация стремительно падают, а технический анализ при такой ситуации якобы рекомендует активно продавать акции? Это уже очередное «Вау» или еще не «Вау»?
В цифровую эпоху любые колебания в информационном пространстве могут как наносить серьезные убытки финансовым рынкам, так и приводить к незаконной выгоде. Заявление может быть упреждающим ударом по потенциальным конкурентам. Все сценарии мы проанализировать не можем, а BaFin может, потому что использует для этого все сверхсовременные технологии, включительно (или в первую очередь) с искусственным интеллектом.
На фоне такого обесценивания конкурентов главой Rheinmetall может создаваться впечатление о ценности собственной компании, акции которой могут расти в цене искусственно из-за искажения реальной рыночной ситуации. Сейчас это гипотеза, ее надо проверить. Нам, безусловно, необходим проверенный партнер!
И пока украинские государственные институты гордятся получением извинений от Rheinmetall, пусть этот материал станет открытым публичным заявлением к BaFin выполнить требования Регламента 596 о проверке действий Армина Паппергера не предмет нарушения законодательства о злоупотреблении рынком.
Заявление Паппергера, кроме признаков манипулирования, — это удар по всем национальным украинским производителям и сейчас, и в перспективе, потому что подрывает доверие к рынку, к компаниям и к стране. Это нельзя оставлять на уровне «ну, извинились, и на том спасибо». Поэтому, не оставляем. В конце концов, партнеры должны быть просто честны друг перед другом, а не извиняться через X.
С другой стороны, из этой проблемы украинские производители в очередной раз могут и очевидно должны сделать вывод о том, что, будучи раздробленными (умышленно, формально, рандомно или спорадически), они действительно теряют. Ведь, напоминая Паппергеру внешне то, что глава Rheinmetall назвал «домохозяйками» (возможно, из-за отсутствия финансовой прозрачности), можно, несмотря на все, производить качественную продукцию, но при этом фактически терять инвестиционный капитал, который мог бы пойти на масштабирование этого качественного производства. Ведь в мелкий или искусственно раздробленный бизнес крупный инвестиционный капитал зайти не может. Нет пути.
Для этого украинские производители оружия должны объединяться, создавать центры прибыли и выходить на мировые финансовые рынки.
Стратегия банально простая: необходимы ежедневная целенаправленная работа по консолидации усилий украинских производителей с созданием соответствующих центров прибыли, объединение мелких производителей вокруг этих центров прибыли с дальнейшим размещением на организованных европейских фондовых площадках. Потому что там есть деньги.
О возможностях (сейчас потерянных) и рисках мы уже писали здесь и здесь. Прошел год.
Просто на секунду представим себе, что если бы украинский производитель имел прозрачную отчетность, консолидированный центр прибыли, то не только Rheinmetall мог бы вырасти в 20 раз на фоне войны в Украине. Возможно, справедливее было бы, если бы это был украинский национальный производитель. Говорят, мечтать не запрещено.
