Поддержать
Дела о нападениях на ТЦК в Украине рассматриваются быстрее, чем те, в которых, как утверждается, нарушителями являются сами представители Территориальных центров комплектования. Постановлений и приговоров в первом виде производств также больше, отмечают TEXTY.ORG.UA, проанализировавшие материалы уголовных производств в Едином государственном реестре судебных решений, в которых упоминается ТЦК.
Дел об убийстве гражданских лиц представителями ТЦК и приговоров по ним в реестре нет вообще. В то же время там зарегистрирована одна жалоба, в рамках которой родственники добиваются расследования смерти после избиений и содержания в казарме. Также в судебном реестре не нашлось приговоров об убийстве представителей ТЦК. Хотя новости по этому поводу были.
Всего журналисты обнаружили в реестре 13 400 уникальных дел с упоминанием ТЦК. Из них почти в 9900 делах ТЦК упоминается не вскользь, а по существу. Еще 8 740 — это административные дела, которые в основном касаются обжалования решений. Из общего количества 1 056 — уголовные дела, 69 — гражданские.
В 303 делах в качестве агрессора указаны представители ТЦК, в 293 — гражданские лица.
Также журналисты обнаружили 47 дел о нападении на представителей ТЦК, среди которых девять приговоров и десять постановлений касаются содержания под стражей. Отказов возбудить дело и начать досудебное расследование журналисты не выявили.
Кроме того, в судебном реестре было обнаружено 43 дела об избиении граждан представителями ТЦК. Среди них — два приговора и семь отказов.
Больше всего дел журналисты насчитали по факту «незаконного удержания» — 286. В них чаще всего требуют открытия дела полицией. Однако суд удовлетворил соответствующие иски лишь в семи случаях.
Еще 131 дело, внесенное в реестр, касается взяток за уклонение от мобилизации, и в этих случаях упоминаются ТЦК и Медико-социальные экспертные комиссии, ликвидированные в конце 2024 года. Также среди этих 131 дела есть те, которые касаются снятия с розыска и фиктивной негодности.
Журналисты отметили, что в проанализированных документах не указан правовой статус военнообязанных: кто уклонялся от службы, кто имел отсрочку или право на отсрочку.
Новости о нарушениях и зарегистрированные дела
«Суспільне» регулярно пишет о нападениях на представителей ТЦК. Иногда за месяц выходит по три десятка подобных материалов. Однако в судебный реестр такие производства попадают значительно позже — только на этапе вынесения приговора или постановления.
Например, приговоров по делам о смерти представителей ТЦК после нападения во Львове этой весной и в Пирятине в конце января 2025 года журналисты в реестре не нашли. СМИ обратились в Нацполицию, чтобы выяснить, на каком этапе находятся эти дела. Однако правоохранители ответили, что не ведут сбор такой информации, поскольку «предоставить запрашиваемую информацию невозможно».
В то же время журналисты отметили, что лишь каждая десятая громкая новость о конфликтах с ТЦК попадает в судебный реестр в виде постановления или приговора. И причин этому называют две:
- первая — как отметил один из представителей ТЦК, они редко обращаются к правоохранителям, когда на них нападают гражданские лица;
- вторая — даже после открытия дела представители ТЦК часто занимают примирительную позицию, насколько это возможно: в делах указывается, что претензий нет, а суд учитывает такую позицию при определении наказания.
В издании отметили, что драки с представителями ТЦК начинают не только те, кого они пытаются мобилизовать, но и их родственники или односельчане. Это указывает на высокий уровень агрессии в обществе.
Смерти и избиения
С начала полномасштабного вторжения РФ и до августа 2025 года «Суспільне» выявило как минимум 25 официальных сообщений правоохранительных органов о смерти военнообязанных вскоре после того, как их задержали ТЦК. В то же время по тегу «ТЦК» среди новостей «Суспільного» было найдено 12 материалов о том, что смерть людей связывают непосредственно с действиями представителей Территориальных центров комплектования.
По словам журналистов, судебных решений по этим делам может не быть из-за того, что продолжаются досудебные разбирательства или рассмотрение дел в судах.
В судебном реестре обнаружилось лишь одно постановление, в котором требовалось надлежащим образом расследовать смерть человека после содержания его в ТЦК.
В то же время журналисты обнаружили случай, когда в Звягеле Житомирской области заявление о незаконном содержании и избиении мужчины в ТЦК местные правоохранители зарегистрировали как «обращение граждан». Само же заявление они направили в отдел превенции. Впоследствии следственный судья все же обязала полицию возбудить уголовное дело. Она подчеркнула, что в данном случае квалификация заявления мужчины как «предложения по совершенствованию работы» — является подменой понятий.
Причем из 43 дел об избиениях, найденных в реестре, решения вынесены лишь по двум. Однако в них нет обвинительного приговора в отношении представителей ТЦК. Ещё в 19 делах указано требование к правоохранителям начать расследование случаев избиения. Лишь два из таких заявлений суд удовлетворил. Остальные заявления суд решил не передавать дальше из-за ошибок или же по ним выносились промежуточные решения.
Случаи коррупции
В реестре журналисты нашли 131 дело о взяточничестве в ТЦК и уже ликвидированных МСЭК. Обычно деньги должны были идти на снятие с розыска, фиктивную негодность, несанкционированное изменение данных в реестре «Оберег». Всего в реестре насчитывается 20 приговоров — это больше, чем по делам об избиениях.
«Люди не хотят идти служить, боятся за свою жизнь и ищут способы откупиться от армии. И в ТЦК их страхом иногда торгуют», — отметили в TEXTY.ORG.UA.
Похищение людей
В судебном реестре числится 286 дел о незаконном удержании граждан. Слово «похищение» (ст. 146 УК), как отмечают журналисты, употребляется постоянно, однако разные суды трактуют его по-разному. В частности, бросаются в глаза две практики. Первая заключается в том, что суды трактуют это так: действия ТЦК — не похищение, а мобилизация. В частности, в Костополе в Ровенской области суд согласился, что принудительная мобилизация «не является незаконным удержанием».
«Призыв гражданина (...) является обязанностью гражданина Украины, предусмотренной ст. 65 Конституции, а следовательно, не является незаконным удержанием», — говорилось в решении суда.
В рамках второй практики суд обязывает правоохранительные органы открывать дела. Например, в Киеве Соломенское управление полиции приняло заявление о незаконном лишении свободы, однако перевело его в раздел «обращения граждан». Тогда следственный судья обязал возбудить производство в течение 24 часов. И подобные случаи не единичны.
Принудительная мобилизация
В СМИ отмечают, что нарратив о «похищении» активно распространяют российские дезинформационные сети. Адвокаты также часто подхватывают это выражение. И хотя далеко не каждое задержание сотрудниками ТЦК является похищением, случаются и другие ситуации. Так, в одном из дел указано, что в Винницкой области люди «в форме, похожей на полицейскую» ворвались в дом, скрутили мужчину и увезли в неизвестном направлении. Связаться с ним было невозможно, а в местном ТЦК отрицали нахождение этого человека.
Сестра похищенного сотрудниками ТЦК пыталась через следственного судью добиться немедленного освобождения брата в рамках процедуры защиты от незаконного содержания под стражей (ст. 206 УПК). Однако суд ей отказал. В частности, в суде пояснили, что без официального заявления в полицию о похищении уголовного дела нет, а проверять действия ТЦК следственный судья не может, поскольку не обладает такими полномочиями. Для этого, мол, нужно обращаться в административный суд.
По словам военного адвоката Олега Леонтьева, для того, чтобы человека силой доставили в ТЦК, должна быть четкая правовая основа. Например, если военнообязанный не забирает повестку, не приходит в ТЦК и не отвечает на звонки, его должны разыскивать. А когда его находят, необходимо четко сформулировать основания для задержания и только после этого принудительно мобилизовать.
Указано, что принудительная доставка граждан в ТЦК — это не самовольное действие Территориального центра комплектования, а административное задержание. Последнее же может осуществлять исключительно полиция по обращению руководителя ТЦК и по факту административного правонарушения в сфере учета или мобилизации.
В то же время представители ТЦК не имеют права самостоятельно применять силу, удерживать человека или сажать его в автомобиль. Все принудительные действия должны осуществляться правоохранительными органами, а представители ТЦК могут лишь находиться рядом, наблюдать или предоставить транспорт.
Чтобы этот механизм работал так, как предусмотрено законом, необходимо наладить тесное взаимодействие между полицией и ТЦК. Организовать его могут руководители МВД и Минобороны во взаимодействии с командующим Сухопутными войсками. Именно последнему подчиняется ТЦК. В издании отметили, что первые шаги в этом направлении предпринимал только экс-министр обороны Михаил Федоров. Теперь этот вызов стоит перед его преемником Евгением Хмарой.
Напомним, реформу мобилизации в Минобороны рассматривали не только как изменение работы ТЦК. Речь шла о перестройке всей системы. Одним из вариантов было создание «Офисов резерва+», которые должны были разделить функции комплектования, рекрутинга и социального сопровождения.
Особый акцент делался на цифровизации мобилизации. Команда Михаила Федорова планировала изменить работу ТЦК и перевести часть процедур в цифровой формат. В конце июля Федоров заявлял, что первый этап реформы планировали запустить уже в августе.
В то же время в украинской армии уже есть рекрутинговые центры, вакансии и возможность выбирать подразделение. Но система до сих пор часто вынуждает кандидата самостоятельно искать, где он может пригодиться. Почему так происходит — и как превратить рекрутинг в поиск компетенций, а не просто людей? Об этом в статье «Кандидат ищет армию, а не наоборот: что не работает в рекрутинге» пишет Валентин Ковальский.
Следить в Телеграмме
Войти с помощью Facebook
Войти с помощью Twitter
Войти с помощью Google