Поддержать
Крупные политические истории иногда начинаются с очень конкретных вещей — участка земли, бульдозера и дороги, которой еще вчера не было. Под Полтавой дорога к будущим газовым скважинам стала точкой, где сошлись частный бизнес, исполнительная власть и правоохранительная система. И эта точка, в которой объединились усилия этого триумвирата, стала инструментом давления на местную громаду.
Газодобывающее предприятие ООО «МНД Жуковское» пытается преподнести эту историю как обычную недокомуникацию с местной громадой, мол, это «хозяйственный спор». Оно аргументирует это тем, что у компании есть специальное разрешение и существует постановление правительства, а несогласный землепользователь пусть обращается в суд. Вот только «на земле» все выглядит иначе. Тяжелая техника прокладывает дорогу через землю громады, на которую другое предприятие имеет закрепленное государственным актом право постоянного пользования. Работы сопровождают полиция охраны и, по словам представителей громады, якобы нанятые для запугивания молодчики. Это выглядит совсем не как равноправный хозяйственный спор.
Можно было бы снова посмеяться над «местными кулаками», которые якобы мешают государству добывать газ во время войны. Но состав другой стороны разрушает эту картину и дает повод для размышлений: бизнес Зиновия Козицкого, отца главы Львовской ОВА, и Карела Комарека, в прошлом многолетнего партнера «Газпрома», содействие городских властей и, по информации моих источников, возможное вмешательство областного прокурора Евгения Гладия. Когда на стороне частного бизнеса оказываются чиновники, прокурорская вертикаль и силовой ресурс, земельный «спор» превращается в опасное противостояние с громадой. Врадиевка в свое время показала, как быстро местный произвол, умноженный на безнаказанность правоохранителей, может вызвать конфликт далеко за пределами одного района.
И тогда перед нами открывается совершенно иная стратегическая картина — довольно печальная и местами позорная, но реальная. Попробуем в ней разобраться, ведь этот кейс важен, показателен и, я бы сказал, симптоматичен не только для Полтавы, но и для всей Украины.
Громада: сначала техника, потом вопросы
Итак, как я уже говорил, «МНД Жуковское» приступило к работам на чужом участке — просто по праву сильного. Компания предъявила специальное разрешение и постановление Кабмина, которые на самом деле отнюдь не дают исчерпывающих объяснений ее действиям. Специальное разрешение на пользование недрами не дает права заходить на любой земельный участок. Статьи 97 и 98 Земельного кодекса предусматривают согласование с землепользователем или оформление земельного сервитута.
Пункт 6 постановления правительства №1320 позволяет предприятиям, материальная и добывающая база которых была разрушена в результате российских атак, не получать повторно разрешений на возобновление добычи, не разрабатывать проекты и не получать согласование.
8 июля 2026 года секретарь Полтавской горрады Екатерина Ямщикова подписала меморандум с директором «МНД Жуковское». Городские власти пообещали компании координацию при проектировании и строительстве, а также консультационную поддержку. Примерно через два месяца техника уже работала на территории громады, на которую другое предприятие имеет закрепленное государственным актом право постоянного пользования.
Если кто-то не в курсе, меморандумы не создают земельных прав. А задача местных властей — защита интересов громады, а не создание административного коридора для «правильных» инвесторов. Ямщикова должна была показать людям, что горрада проверила владельцев, финансирование, маршрут, земельные и экологические документы, провела, в конце концов, общественные слушания. Но зачем: быстрее сработала формула, мол, есть команда сверху — мы выполняем, а люди пусть терпят.
Область: когда семейный бизнес становится партнером власти
Согласно регистрационным данным, 93,75% «МНД Жуковское» принадлежит чешской MND Ukraine, 6,25% — кипрской IVENA Limited. Конечными бенефициарами указаны Карел Комарек и Зиновий Козицкий — отец главы Львовской ОВА Максима Козицкого.
MND Комарека более десяти лет владела Moravia Gas Storage совместно с «Газпромом» и стала единоличным владельцем только 26 июня 2024 года. В 2011 году группа Комарека приобрела в России нефтяной терминал «Самара», оператор которого впоследствии сотрудничал с «Роснефтью» и «РН-Бункером». Детали выхода Комарека из этого актива в 2022 году окутаны глубокой тайной. Биографию этого деятеля я уже разбирал два года назад, когда была первая попытка Карела Комарека и Козицких зайти на полтавские земли. По моему мнению, инвесторов с таким прошлым нельзя допускать к украинским недрам. Собственно, СБУ сама писала в письме в Госгеонедра (об этом упоминается в судебном решении №640/3734/19), что упомянутый терминал поставлял топливо незаконным вооруженным формированиям «ЛНР/ДНР».
Во Львовской области это уже не единичные совпадения, а как минимум три эпизода, которые могут составлять систему, где полномочия Максима Козицкого пересекаются с бизнесом его отца. 19 февраля 2026 года он лично подписал меморандум Львовской ОВА с MND a.s. и газодобывающим предприятием ООО «МНД Тиновское», среди бенефициаров которого указаны Зиновий Козицкий и Карел Комарек. Документ предусматривает экспертную поддержку, рабочие группы, содействие инвестициям и государственно-частному партнерству. То есть глава области от имени властей договорился о содействии бизнесу, где присутствует частный интерес его отца.
Второй эпизод — дорога на улице Горной в Схиднице, на которую в 2023 году по распоряжению Максима Козицкого было выделено 25 млн грн областной субвенции. По версии НАБУ, изложенной в постановлении Апелляционной палаты Высшего антикоррупционного суда, она фактически стала единственным подъездом к курорту «Панорама Схидница» семьи Козицких, построенному компанией «Нормаз Плаза», а проект получил 25,8% соответствующего годового финансирования дорог. Еще 11 мая 2023 года Антимонопольный комитет Украины разрешил Зиновию Козицкому приобрести контроль над «Вест Энерджи», через которую ему впоследствии принадлежали 50% «Нормаз Плаза».
Третий эпизод — заключенный в том же году департаментом дорожного хозяйства ЛОВА контракт на 195,07 млн грн на капитальный ремонт дороги Зимовки—Уличное. Она ведет, в частности, к Оровской ВЭС — совместному проекту MND и группы компаний «Эко-Оптимы», связанной с семьей Козицких. Это уже цепочка решений, которую Национальное агентство по вопросам предотвращения коррупции должно проверить в комплексе: сообщал ли Максим Козицкий о частном интересе близкого лица, отстранялся ли он от подготовки и согласования решений и не получали ли связанные с его семьей проекты преимуществ благодаря занимаемой должности.
Таким образом Полтавская область получила не просто нового пользователя недр. Похоже, сюда переносится уже проверенная модель: семейный бизнес вступает в партнерство с властями, а публичные полномочия начинают действовать рядом с частным интересом.
Украина: кто охраняет охранников
Последним барьером должна была стать прокуратура. По информации моих источников, местная полиция и окружная прокуратура сначала зарегистрировали обращение по поводу работ «МНД Жуковское» и начали проверку. Затем, как утверждают мои источники, якобы после вмешательства руководителя Полтавской областной прокуратуры Евгения Гладия активные процессуальные действия прекратились, а техника продолжила работать.
Это можно проверить по ЕРДР, процессуальным решениям и т.д.
На примере дела «Карфаген», в ходе которого была разоблачена «крыша» мошеннических колл-центров, мы увидели, в каком состоянии находится орган, который теперь должен оценивать законность действий МНД.
По моей информации, в Полтаве работают десятки таких «офисов». И мне ничего не известно о системной борьбе областной прокуратуры с этой индустрией. Зато есть документированный результат одного производства. После обыска 29 августа 2025 года на проспекте Мира, 26 правоохранителей изъяли более 200 единиц компьютерной техники. Судебное постановление фиксирует, что прокурор отдела ОГП не пришел на рассмотрение жалобы, не подал возражений и не предоставил информацию об аресте имущества. В результате технику вернули. Какова была мотивация этого прокурора и кто давал указания прокурору-исполнителю? Этот вопрос должны проверить детективы по делу "Карфаген".
Ведь областные прокуратуры не являются автономными княжествами. Закон «О прокуратуре» определяет единую систему, в которой ОГП является органом высшего уровня в отношении областных и окружных прокуратур. Поэтому версия о десятках офисов, которые могли годами работать только из-за местного «упущения», а не как части вертикали, видимо, несколько уморительна.
Потому проверка не может завершиться фамилией Гладия. НАБУ и САП должны установить, попадали ли полтавские производства в сферу влияния Кропивы, кто определял прокуроров, какие указания шли из центра, с кем контактировал Гладий и двигались ли средства.
К чему я веду? К тому, что прокуратура занимается подобными вещами, будет ли она отказывать топ-чиновникам, которые попросят «посодействовать» во «входе» на полтавские земли «правильных» инвесторов? Тем более таких, максимально близких к Банковой.
Максим Козицкий — не избранный руководитель региона, а назначенец президента. Статья 118 Конституции устанавливает ответственность глав администраций перед президентом и Кабмином. Следовательно, потенциальная связь бизнеса семьи главы ОВА — это тоже вопрос кадровой ответственности Банковой. Когда выборы отложены из-за войны, ответом должен быть усиленный контроль над назначенцами, а не меньшая подотчетность.
Вот только способна ли Банковая требовать ответственности от своих назначенцев? На пленках НАБУ по делу «Династия» мы слышали о «Вове» как владельце одного из домов. На мой взгляд, это должно расследоваться НАБУ и ВАКС, и военное положение не должно давать и не дает бессрочного иммунитета Зеленскому от расследования, моя соответствующая жалоба находится в Конституционном суде и распределена судье-докладчику.
Снова громада
Но вернемся к нашей ситуации. На самом деле в точке под Полтавой сходятся все эти уровни: бизнес отца главы ОВА, административное содействие городских властей, сообщения о возможном вмешательстве областного прокурора и общенациональный кризис прокурорской вертикали. Военное исключение может стать удобным инструментом для частного проекта именно потому, что институции, которые должны контролировать его применение, либо содействуют бизнесу, либо молчат.
Учитывая упомянутое, НАПК должно проверить действия Максима Козицкого в отношении компаний с частным интересом его отца. В том числе и «МНД Жуковское». Национальное антикоррупционное бюро и Специализированная антикоррупционная прокуратура — возможное вмешательство в полтавское земельное производство. Офис генпрокурора — проверить и обнародовать хронологию действий областной прокуратуры в отношении возможного блокирования расследования действий «МНД Жуковское» в Полтавской области. А СБУ — дать ответ относительно угроз национальной безопасности с учетом биографии одного из инвесторов.
Украине нужен собственный газ. Но ей не нужна система, в которой семейный бизнес получает прокурорскую «крышу», громада — офшорных инвесторов, землевладельцы — захваченные участки, а страна — очередной кейс коррупционного позора.
Следить в Телеграмме
Войти с помощью Facebook
Войти с помощью Twitter
Войти с помощью Google